Свой образ жизни Дмитрий называет кочевым. С женой Анастасией они провели в эмиграции почти 15 лет, путешествуя по Азии и Европе. За это время у них родилась двойня, но их странствиям это не помешало. Теперь семья осела в Польше, но, возможно, и это не навсегда. MOST узнал у Дмитрия, каково каждый раз терять друзей, которых только приобрел, и что значит возить свой дом с собой.
«Были молодыми и безбашенными»
Дмитрий и Анастасия уехали из Беларуси в 2013 году — билет в Таиланд покупали в один конец. Беларус вспоминает, что тогда они были «молодыми и безбашенными».
— Параллельно я начал писать аудио — продавал его на специализированных стоках и вышел на доход, сопоставимый с зарплатой в государственном секторе. А после мы с женой зашли на видеостоки — нам повезло, мы вовремя вошли в нужную сферу, — рассказывает Дмитрий.
За следующие четыре года семья объездила всю юго-восточную Азию, продолжительное время жила в Бангкоке. По словам Дмитрия, это был один из самых ярких периодов их жизни.
— Катались, путешествовали. Такая у нас была работа — ездить по красивым местам, вкусно кушать в ресторанах и снимать классную картинку, которую потом можно продать.
«Нам говорили, что мы сумасшедшие»
Дмитрий слышал от знакомых, что спустя три-четыре года жизни в Азии розовые очки спадают, появляются усталость и желание сменить регион. Подобное случилось и с его семьей, поэтому они с супругой решили на непродолжительный срок вернуться в Беларусь, чтобы провести время с родственниками. А затем — пожить в Европе или Америке.
Уже в Беларуси узнали, что Анастасия беременна двойней.
— Это полностью перевернуло нашу жизнь, — говорит Дмитрий.
Тем не менее будущие родители продолжили путешествия: объездили Германию, Чехию, Италию и страны Балтии. Дмитрий вспоминает, что домой они вернулись за три месяца до родов.
— Супруга сидела на переднем сидении машины — ее живот доставал до [приборной] панели. Нам говорили, что мы сумасшедшие. Но все прошло хорошо.
«Собрались на Бали на зимовку и застряли там на четыре года»
Спустя три месяца после рождения двойни семья перебралась в Польшу. Страну выбрали потому, что Дмитрию было легко там легализироваться: у мужчины была карта поляка.
— Мы переехали в Польшу в 2019 году. Честно говоря, в тот момент нам было не до сравнения стран, где лучше, а где хуже. Когда у тебя на руках новорожденная двойня, жизнь укатывается катком в руины. Ты становишься обслуживающим персоналом. Эмоции были связаны лишь с родительством — это ведь наш первый опыт.
Рождение детей внесло коррективы и в работу Дмитрия. Теперь видео для стоков снимали не в путешествиях, а не выходя из дому. Беларус уверен, что красивую картинку можно сделать где угодно, для этого совсем не обязательно куда-то выбираться. С оформлением объектов для съемки помогала супруга.
Однако вскоре в Польше случился продолжительный карантин из-за коронавируса — семью это тяготило.
— Думали, что осядем в Польше, — планов кочевать не было. Но во время локдауна было невыносимо сложно. И тут наши друзья написали нам, что перебрались на Бали, где дешевые визы, нет локдауна и цены на все в два раза ниже: люди-то не едут. Мы собрались туда на зимовку, а в итоге застряли на четыре года, — вспоминает Дмитрий.
«Для них белый человек — мешок с деньгами»
Семья пришла к выводу, что жить с маленькими детьми на Бали в разы проще, чем в Польше. Это стало одной из главных причин, почему беларусы задержались там на такой продолжительный срок.
— Там есть некий флер расслабленности, легкого отношения к жизни. В наших широтах — Беларуси и Польше — суровые зимы, переносишь тяготы быта. В Азии отношение к жизни, смерти более легкое. Ты этим проникаешься, а благодаря солнцу вырабатывается больше серотонина.
Но через четыре года, как и в первый раз, наступило разочарование. У супругов появилось ощущение, что в Азии они никогда не станут своими — из-за культурных различий.
— Там кастовая система, иная ментальность. Для них белый человек — значит всегда мешок с деньгами, даже если это не так, — говорит Дмитрий.
«Наш дом мы возим с собой»
Было решено возвращаться в Польшу — в этой стране семья находится и теперь. Мужчина добавляет, что дети иногда спрашивают у него, почему они не возвращаются домой. В семье принято открыто разговаривать на эту тему.
— Ситуация сложная — и в наших головах, и в сердцах. Мы с супругой не привыкли делить людей на национальности — считаем это некорректным. Поэтому детям говорим, что родились они в Беларуси, но теперь их дом здесь, в Польше. Я учу детей тому, что дом там, где мы, наша семья и близкие люди. И наш дом мы возим с собой — так сложилось.
В семье говорят по-русски. Но Дмитрий отмечает, что в детском саду дети овладели польским на очень высоком уровне — иногда даже исправляют родителей, если те делают ошибки.
«Живешь с оглядкой, что уедешь»
Дмитрий признает, что в кочевом образе жизни есть и свои минусы. Один из главных — траты на аренду. При постоянных переездах покупать собственную квартиру нецелесообразно, поэтому приходится снимать жилье.
— Ты живешь с оглядкой, что куда-то уедешь. Это постоянные разрывы связей с друзьями, которых ты только нашел. А еще устаешь. Есть разница: кочевничать, когда тебе 30 и когда тебе 40 лет. Но с другой стороны, кочевничество очень расширяет твой взгляд на мир, мотивирует к заработку.
«Уже посматриваю в сторону Бали или Португалии»
Спустя полгода дети Дмитрия пойдут в школу. Мужчина предполагает, что это добавит ограничений в перемещение семьи. Пока свое ближайшее будущее беларусы видят в Польше, но мысли о переезде все равно остаются.
— Мы чувствуем стремление к кочевничеству — раз в месяц озвучиваем эти идеи на семейном совете. Пока не знаю, к чему это приведет, но уже посматриваю в сторону Бали или Португалии. Мы привыкли доверять внутренним ощущениям. Как только появится неоспоримая потребность, сядем и поедем, — говорит Дмитрий.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
