В реестре Минюста Польши Юлия Цыбульска значится как присяжный переводчик сразу с двух языков: беларусского и русского. Беларусский в Польше дефицитный: с ним могут работать всего 26 человек. Для сравнения: с русским — больше 1000, с английским — почти 3000, а с немецким — больше 3500. Казалось бы, почти все беларусские документы дублированы на русский, но есть нюансы — печати, например, обычно выполнены только на одном языке. Об особенностях профессии и пути к ней Юлия рассказала MOST.
В Беларуси Юлия окончила колледж по специальности правоведение, а в Польше — университет, где получила специальность психолога. Но 18 лет она отдала переводам. Работала и с документацией, и с фильмами, и с художественными текстами — не только как переводчик, но и как редактор.
— Преподаватель говорил, чтобы я не шла в юридический перевод, потому что потеряю свой прекрасный синонимический ряд, — улыбается она.
И все-таки стать еще и присяжным переводчиком (в Беларуси используется термин «нотариальный переводчик») было логичным продолжением карьеры. Для этого в Польше нужно сдать экзамен перед комиссией, назначенной министром юстиции, — отдельный для каждого языка, на который и с которого специалист собирается переводить.
«Язык в языке»
Экзамен состоит из двух частей: письменной и устной. В каждой по четыре текста: два — для перевода на выбранный язык и два — для перевода с этого языка. Один текст в письменной части — всегда с юридической терминологией. В устной части два текста переводятся «с листа», а два — на слух.
В первый раз Юлия попробовала пройти экзамен в 2021 году. Сначала она выбрала беларусский язык. Но сразу не получилось: не хватало практики «канцелярской речи».
— Польский юридический язык очень сложен. Это язык в языке, — объясняет Юлия. — У чиновников свои пожелания к нашим переводам.
Поэтому, уже после первой неудачи, она получила в Варшавском университете последипломное переводческое образование — основы права были частью курса.
И в 2026 году Юлия сдала экзамены и по русскому (это была уже третья попытка), и по беларусскому языку.
— Стреляла сразу в две мишени, — шутит она.
Кроме экзамена, среди требований к будущему присяжному переводчику — высшее образование и несудимость. А вот польское гражданство необязательно, но у Юлии оно уже есть.
«Мы не должны брать меньше государственной ставки, чтобы не создавать нечестной конкуренции»
Юлия вправе работать как присяжный переводчик с русским языком с февраля 2026 года, с беларусским — с марта. Но отказываться от художественных и других переводов и психологии собеседница не планирует — будет совмещать.
Присяжный переводчик занимается не только документами. Его вызывают, например, в суд, он вправе переводить церемонии бракосочетания и другие официальные процедуры.
Если присяжного переводчика вызывают госорганы или органы местного самоуправления, то оплата производится по ставкам, утвержденным Министерством юстиции. А вот при выполнении частных заказов специалист вправе установить цену как ниже, так и выше ставки.
— Но профессиональный кодекс переводчика предполагает, что мы не должны брать меньше государственной ставки, чтобы не создавать нечестной конкуренции, — объясняет Юлия. И добавляет, что ставки на рынке и так сравнительно невысокие, если принять во внимание, сколько специалист должен «в себя вкладывать», проходя различные курсы.
«Если я вижу скан документа и уверена в его качестве, начну работу»
За переводом документов к Юлии обращаются в основном беларусы. Приносят чаще всего свидетельства о рождении и о браке. Эти документы в Беларуси выдаются на двух языках, так что перевод может выполнить и специалист, который работает с русским. Но здесь есть нюанс.
— Только на очень современных документах печати двуязычные. А как правило, печать будет стоять на беларусском. Если бы я не сдала беларусский язык, не имела бы права перевести печать. Могла бы только написать, что стоит гербовая печать органа, выдавшего документ. Но чиновнику этого не всегда достаточно. Бывает, что нужен перевод самой печати. Много запросов на перевод именно двуязычный, — объясняет Юлия.
Она предупреждает, что присяжный переводчик не только переводит, но и описывает документ: например, он обязан отметить, какие на нем пятна или помарки. В том числе и поэтому переводчик всегда просит оригинал.
— Если я вижу скан документа и уверена в его качестве, я начну работу. Но все равно, перед тем как отдать перевод клиенту, мне нужно увидеть оригинал, — объясняет специалист.
Бывает, что на документе есть дефекты, которые не позволяют разобрать некоторые надписи. Это не значит, что переводчик не может его перевести.
— Я предупреждаю клиента, что тут, например, не прочитаю текст и чиновник может такой документ не принять. Но если человек хочет, то я опишу, что какую-то часть не смогла перевести, потому что это результат, например, залития.
Воспоминания на всю жизнь
Юлия уверена, что работа с беларусским языком будет востребована не только при переводе документов. Она полагает, что кому-то может потребоваться перевести на беларусский, например, церемонию бракосочетания — и ее работа подарит паре хорошие воспоминания на всю жизнь.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
