Польша обсуждает с Китаем ситуацию на границе с Беларусью. «Это важный маршрут — там ведется российско-беларусская гибридная операция против Польши. Я ожидаю понимания со стороны Китая. Чтобы маршрут был проходимым, он должен быть безопасным», — отметил министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский перед встречей с китайским коллегой Ван И.
Все сообщение через границу закрыто с 12 сентября — минимум до 16-го, когда заканчиваются учения «Запад 2025», но решения об отмене решения после этой даты пока нет. Главным образом Китай интересует железнодорожный терминал в Малашевичах, через который, по некоторым оценкам, проходит 12-13% китайского железнодорожного экспорта в Европу. Но этот маршрут важен и для европейских поставщиков в Китай, и для польских транспортно-логистических компаний, обслуживающих эти грузы. MOST поговорил с представителем одной из них, которая арендует на долгосрочной основе вагоны и возит грузы в обоих направлениях.
— Как ваша компания восприняла новость о закрытии границы между Польшей и Беларусью?
— Новость была для нас в какой-то степени ожидаема. В моменте, конечно, был шок, но без паники. Подобные ситуации уже происходили, поэтому у нас есть определенные сценарии действий на такой случай. Конечно, временное закрытие влияет на стабильность логистических цепочек, но мы стараемся быстро адаптироваться.
— Какую долю в ваших перевозках занимают железнодорожные грузы в Беларусь и из нее?
— Прямые перевозки в Беларусь и обратно — примерно 2%. Но куда важнее транзит через Беларусь — он составляет около 50% нашего объема в разных направлениях. Особенно это касается крупнотоннажных грузов, и в первую очередь экспорта и импорта [по линии] Китай — ЕС. Здесь у нас в связи с закрытием границы серьезные проблемы.
— Какие товары в основном перевозятся по этому маршруту?
— В основном промышленное оборудование, продукты питания и товары народного потребления. В ЕС мы часто везем сырье и полуфабрикаты, из ЕС — готовую продукцию и комплектующие.
— Насколько критично для бизнеса закрытие именно железнодорожного сегмента?
— Для ряда клиентов это критично, особенно если их логистика завязана на железнодорожный транзит. В краткосрочной перспективе ситуацию спасают запасы на складах и альтернативные маршруты. Но если сроки закрытия будут неопределенными, это кардинально изменит как логистические цепочки, так и затраты клиентов.
«Кто-то срочно ищет обходные пути, кто-то временно приостанавливает поставки»
— Есть ли у вас реальные альтернативные маршруты? Насколько они дороже?
— Да, мы рассматриваем варианты через Литву и Латвию. Но они имеют ограничения по пропускной способности и логистически более сложные. По стоимости такие маршруты дороже на 20–40%, в зависимости от груза и направления.
— Как реагируют ваши клиенты?
— Реакция очень разная. Кто-то срочно ищет обходные пути, кто-то временно приостанавливает поставки.
— Какие прямые экономические последствия вы ожидаете?
— Прежде всего рост затрат на логистику и возможные задержки. В краткосрочной перспективе ожидаем снижения объемов перевозок на 10–15%, особенно в экспортных поставках.
— Может ли это закрытие открыть новые возможности для бизнеса?
— В каждой кризисной ситуации есть потенциал для роста. Это повод пересмотреть логистику, усилить работу с балтийскими портами или переориентироваться на маршруты через Грузию и Турцию. Они менее подвержены политическим рискам. Но, к сожалению, далеко не каждый клиент может позволить себе такие решения: цена товара зачастую ниже, чем сама логистика.
— Как изменится торговля с Беларусью в долгосрочной перспективе?
— Мы ожидаем постепенную переориентацию на более стабильные и прогнозируемые маршруты. Торговля с Беларусью сохранится, но будет развиваться с оглядкой на геополитику и возможные риски.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
