С трех часов ночи у Центра беларусской солидарности (ЦБС) в Варшаве начали собираться люди. Впрочем, некоторые ждали здесь уже с семи вечера, уходя и возвращаясь снова — точного времени прибытия группы освобожденных беларусских политзаключенных никто не знал. Журналистка MOST тоже встречала их в польской столице и наблюдала за происходящим.
«Важно, чтобы люди выходили и видели, что их ждут»
Встречающие с вечера то расходятся, то возвращаются снова. Проверяют телефоны, звонят, перечитывают сообщения. Кто-то стоит молча.
Лариса ждет свою приятельницу. Говорит, что очень хочет быть рядом в момент, когда та выйдет из автобуса.
— Я узнала, что они едут, только когда она сама написала — уже после того, как они проехали украинско-польскую границу, — рассказывает Лариса.
Женщина не скрывает возмущения из-за отсутствия информации:
— Почему нельзя было сказать хотя бы примерное время? Многие хотели прийти, встретить, поддержать. Это же важно — чтобы люди выходили и видели, что их ждут. Я бы очень хотела, чтобы как можно больше людей узнало об этом заранее.
Точное время прибытия предсказать было сложно: никто не знал, как быстро два автобуса пройдут границу. К тому же многие прямо там подавали заявления на международную защиту.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
Те, кто едет дальше, останавливаются всего на 30 минут
Среди встречающих Павел Латушко — замглавы Объединенного переходного кабинета и глава НАУ, Артем Брухан — спикер Координационного совета, Татьяна Хомич — сестра Марии Колесниковой, Ирина Козикова — сестра Максима Знака, представители МИД Польши Адам Халатинский и Михал Завяса, посол Германии в Польше Мигель Бергер, журналисты. Люди узнают друг друга, здороваются и обнимаются.
В 3:50 к зданию ЦБС подъезжают два автобуса в сопровождении автомобилей Погранслужбы Польши. На одном из автобусов надпись на украинском: «Координацiйний штаб з питань полонених».
Именно из этого автобуса встречающим из окон машут Мария Колесникова, Марина Золотова, Виктор Бабарико, Максим Знак, Павел Северинец, Александр Федута, Владимир Лабкович и другие освобожденные.
Часть приехавших из этого автобуса остается в Варшаве. Другая часть — среди них Павел Северинец и Владимир Лабкович — примерно через 30 минут после прибытия должна отправиться дальше, в Вильнюс.
Северинец на несколько минут выходит к племяннице, которая ждет его с небольшой передачей. Те, кто продолжает путь в Вильнюс, получают еду от волонтеров прямо на месте.
Второй автобус привез людей, которые в полном составе остаются в Варшаве. Среди них — Елена Гнаук, Наталья Малец и другие экс-политзаключенные. Волонтеры проводят их в здание ЦБС, где их накормят, а позже отвезут в отель.
Первые слова и молчание
Некоторые из освобожденных выходят в черной тюремной робе. Одна из экс-политзаключенных, одетая именно так, коротко дает понять журналистам, что пока не может описать свои эмоции.
— В тюрьмах творится страшное, — добавляет она.
Те, кто избегает публичности, комментируют случившееся неохотно. Волонтеры стараются как можно быстрее увести освобожденных в здание ЦБС.
Александр Федута выходит из автобуса с палочкой. На просьбу журналистки прокомментировать свое состояние и эмоции, он просит не задавать ему вопросов.
— Не потому, что мной движет страх, — уточняет он. — Мне просто нужно время для этих комментариев.
Три дня в отеле
Волонтерка, которая помогает с размещением освобожденных, рассказывает MOST, что для людей подготовили временное решение.
— Все, кто остается в Варшаве, будут размещены на три дня в отеле рядом с центром города. У них будет и финансовая возможность купить себе одежду и необходимые вещи — часть людей приехала буквально в тюремной робе. А в воскресенье те, кто решит не оставаться в Варшаве, отправятся дальше, — говорит она.
Есть те, кого никто не встречает
Атмосфера у Центра очень разная. Те, кого встречают близкие, кому дарят цветы, громко радуются, обнимаются, иногда не сдерживают эмоций. Но есть и те, кого никто не встречает. Они чаще выходят испуганными и растерянными, оглядываются по сторонам, держатся отдельно.
У некоторых из освобожденных все вещи помещаются в большую клетчатую сумку — такие в начале 1990-х брали с собой челноки. Волонтеры забирают эти сумки и уносят их в здание Центра.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
