При переездах из квартиры в квартиру в Польше Виктория перевозит огромные пакеты с вязаными шарфами и носками. Она их не носит, но и выбросить не может: их вязала бабушка, которая живет в Беларуси. К 21 и 22 января, когда в Польше отмечают дни бабушки и дедушки, MOST собрал истории эмигрантов, которые не могут вернуться домой, но стараются поддерживать связь с пожилыми родными.
Аудиосказки перед сном и книга бабушкиных рецептов
Владу, сыну Ренаты был всего год, когда семье пришлось уехать из Беларуси. Следующие два года они виделись с родными только по видеосвязи. Этим летом Ренате удалось организовать встречу с бабушками в Турции.
— Мы с ребенком вылетали из Варшавы, обе бабушки — из Минска. Мы прилетали в один и тот же город, в одни и те же даты заселялись в один и тот же отель, в номера рядом. Это была слишком долгая разлука для малыша, поэтому он не растрогался от момента встречи, как мы, взрослые. Он коротко смутился и довольно быстро перешел к знакомству с бабушкой заново.
Спустя несколько месяцев после совместного путешествия Рената заметила, что сын снова стал отдаляться от бабушек.
— Он говорил, что не хочет общаться с бабушкой, не понимал, почему она так стремится звонить. Тогда мы показали ему фотоальбом с той поездки. Я говорила: «Смотри, здесь ты строишь с бабушкой замок из песка, здесь она тебе поет, здесь учит плавать». И когда он видел себя счастливым рядом с ней, это становилось доказательством: между ними есть связь.
Сейчас сын Ренаты получает от бабушек бумажные письма — их читают вслух и хранят в отдельной коробке. У семьи есть книга семейных рецептов — когда им грустно, они начинают готовить по ней. А самый любимый ритуал для Влада — это аудиосказки, записанные бабушкой. Рената включает их сыну днем или перед сном.
— В этом году бабушке все же удалось приехать к нам в гости в Польшу. Тогда она придумывала для него свои собственные истории — такие маленькие сказки перед сном. Часто они придумывали их вместе, поэтому ребенок очень-очень их любит. Как и всем малышам, ему важно, чтобы сказка была рассказана дословно — с теми же словами, теми же интонациями. Поэтому, чтобы мы могли к этим сказкам возвращаться, бабушка записала их на аудио и присылает нам их периодически. Такой вот у нас способ быть рядом.
Целый пакет вязаных носков и шарфиков
Виктории 25 лет. В Беларуси у нее остались мама, бабушка и дедушка. Если мама может иногда приезжать, то с бабушкой и дедушкой связь только через мессенджеры и не так часто, как хотелось бы. Обычно они созваниваются по праздникам — в дни рождения и на Новый год.
— У бабушки и дедушки есть интернет, планшеты, смартфоны. В целом связь держать можно. Но с дедушкой после эмиграции я созваниваюсь раз в несколько месяцев — и дело даже не в плохом интернете. Он постоянно спрашивает, почему я не возвращаюсь в Беларусь, говорит, что я не нарабатываю там стаж, что мне нечего бояться. Эти разговоры для меня очень тяжелые. Когда ресурса в эмиграции и так немного, тратить его на объяснения мне сложно.
С бабушкой ситуация другая — она почти не может звонить сама. Делает это только тогда, когда в гости приезжает мама Виктории — женщина помогает ей технически настроить звонки.
— И такие звонки мне эмоционально тяжело даются, потому что любой разговор заканчивается ее слезами. Бабушка очень тревожится за меня и всегда плачет. А мне тяжело даются ее слезы. И чтобы меньше испытывать все эти болезненные эмоции, я предпочитаю уходить в какое-то молчание.
В дни рождения бабушки Виктория заказывает для нее доставку цветов. А та вяжет для внучки бесчисленные теплые носки и шарфы и передает их посылками. И хоть девушка их не носит, выбросить не поднимается рука.
— И когда я переезжаю из квартиры в квартиру, мне приходится тянуть эти огромные пакеты, в том числе с этими вязаными вещами, потому что выбросить их не могу.
Связь с бабушкой и дедушкой в эмиграции ослабла, говорит Виктория. Раньше они жили в одном городе, часто навещали друг друга, проводили праздники вместе. Сейчас ситуация кардинально изменилась.
— Я не могу заставить себя чаще коммуницировать с ними, потому что тяжело. Есть вопросы, которые боюсь поднимать — например, что мы, возможно, больше никогда не увидимся. Я не знаю, когда смогу вернуться, не знаю, сколько проживут бабушка и дедушка. Им уже за 70. Конечно, медицина идет вперед, но реальность не изменить. Этот вопрос висит в воздухе, и никто его не решается поднять. Наверное, именно поэтому наше общение минимизируется — просто потому что это очень больно.
Домашние блинчики и пирожки — через границу
Лиане было полтора года, а Матвею шесть, когда они уехали из Беларуси. Вернуться туда дети не могут: для их родителей это небезопасно. Но связь с бабушками и дедушками стараются поддерживать постоянно. Маленькая Лиана рисует с бабушкой по видеосвязи, а Матвей обсуждает с дедушкой более серьезные темы. Когда открылись пункты пропуска «Бобровники» и «Кузница», дедушка смог чаще приезжать в Польшу.
— У папы есть виза, и он старается приезжать раз в три-четыре месяца. Чаще не получается: он еще работает, и не всегда график позволяет ему навещать нас, — рассказывает мама детей Марина.
Такие поездки хоть и редкие, но очень долгожданные. Дети не отходят от дедушки ни на шаг, вместе ходят по магазинам, на прогулки и даже спят вместе.
— Моей мамы не стало много лет назад, но жена папы заменяет моим детям бабушку. Папа все время привозит целые пакеты домашних блинчиков и пирожков, которые печет его жена. Она смеется, что для себя уже не жарит — только когда он едет к внукам. А еще они всегда привозят подарки детям на праздники. Иногда за несколько месяцев. Например, новогодние подарки папа привез в октябре. Пришлось прятать их по шкафам до 31 декабря.
В этом году на польский праздник бабушек и дедушек Марина с детьми написала своим родным бумажные письма и подписала открытки.
— В садике и школе, куда ходят дети, готовятся к этому празднику: рисуют открытки, учат стихи, поют песни. И хоть в Беларуси День бабушки и дедушки не отмечают, дети очень захотели их поздравить.
«Я видел ее в последний раз, когда ей было девять»
Сергей живет в Польше с 2022 года. В последний раз с внучкой они виделись почти четыре года назад. Дочь Сергея эмигрировала из Беларуси давно — сначала в Россию, потом в Турцию. Раньше Сергей с женой летали туда дважды в год, а после вынужденной эмиграции это стало невозможно.
— Сначала я эмигрировал в Украину, оттуда еще смог слетать в Турцию к дочке, и эта была последняя наша встреча. Сейчас у меня истек срок действия беларусского паспорта, а без него я не могу никуда лететь из Польши. У меня был когда-то dokument podróży (польский проездной документ иностранца. — Прим. MOST), но с таким документом не везде поедешь. И Турция — не самый безопасный вариант для политических эмигрантов.
Семья надеется, что в скором времени дочка сможет сделать необходимые документы в Турции и тогда они смогут встретиться на территории какой-нибудь безвизовой страны, куда смогут прилететь и она с внучкой, и Сергей.
— С внучкой мы пока общаемся только по видеосвязи. Иногда я ей отправляю деньги, чтобы она могла купить себе какой-нибудь подарок. Ей уже 13 лет, а я видел ее еще девятилетней, — с грустью говорит Сергей.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
