Ольга разбирала присланные мамой старые письма и фотографии. Так она случайно раскрыла историю своего деда-грека, который после поражения коммунистов в Гражданской войне в Греции оказался в Советском Союзе. Вместе с его историей она нашла десятки родственников, которые все эти годы пытались разыскать их семью. О поисках, трепетной встрече в Греции и истории своей семьи она рассказала в социальных сетях.
«Тебе как будто бы обрезали корни»
Ольга вместе с семьей переехала в Польшу из Беларуси в 2021 году. Тот момент беларуска переживала тяжело.
— Когда ты пересек эту границу, ты понимаешь, что у тебя вообще нет больше ничего стабильного. Ты уже не знаешь, на что опираться, у тебя нет твоих привычных опор, тебе как будто бы обрезали корни. И ты пытаешься где-то прижиться заново, — вспоминает Ольга свое состояние после переезда.
Это не первая эмиграция в ее семье. Она родилась в Ташкенте в конце 1980-ых. Именно там когда-то судьба свела ее бабушку с дедушкой.
— Отцом моей мамы был грек, а ее мама была русская. Они познакомились в Узбекистане. А мой папа — беларус, который в 1980-х приехал в Ташкент на учения военного училища, встретил там мою маму и остался.
В начале 2000-х семья перебралась на родину отца, в Минск. Тогда, вспоминает Ольга, русскоязычному населению в Узбекистане жилось тяжело — уезжали все, у кого была такая возможность.
— Поехали в поисках лучшей жизни для своих детей. В принципе это сделаю и я — но в Польшу и уже спустя двадцать лет.
Дедушка покинул родину не по своей воле
О дедушке-греке Ольга знала немного — только то, что он был вынужден покинуть родину не по своей воле.
— Была Вторая мировая война, потом в Греции произошла гражданская война (с марта 1946 года по октябрь 1949-го. — Прим. MOST). Дедушка в ней принимал участие, был ранен и его сторона (силы Коммунистической партии. — Прим. MOST) проиграла. Выбор был такой: либо тебя сажают в тюрьму, либо казнят, либо ты покидаешь страну.
Больше подробностей беларуска узнать не успела: дедушка не любил рассказывать о жизни до Узбекистана, а не стало его, когда внучке было около 17.
— Тогда эта тема меня еще не очень занимала, — говорит Ольга.
«Загрузила письма в ChatGPT — и обалдела»
Все изменилось этой зимой, когда мама прислала ей сканы старых фотографий и писем — рукописных, на греческом языке, датированных концом 1990-х — серединой 2000-х. Писали дедушке родственники из Греции: сестра и племянники.
— Я их отсканировала и загрузила в ChatGPT, чтобы он мне все перевел. И я обалдела: эти письма были настолько пропитаны любовью, что я не ожидала. Они постоянно приглашали в гости, спрашивали, как мы, где мы, помнили какие-то факты о нас, присылали фотографии. На каждую Пасху и Рождество — открытки: как сильно они нас любят и хотят видеть, — рассказывает Ольга у себя в блоге.
Когда дедушки не стало, связь с греческой родней оборвалась — и семья долгие годы вообще не знала, что где-то на другом конце Европы их продолжают искать.
«Как искать иголку в стоге сена»
Ольгу поразило еще одно совпадение: дедушка покинул родную страну примерно в том же возрасте, в каком она сама эмигрировала из Беларуси.
— Я очень верю в разные символизмы, в какие-то повторяющиеся события. Это стало последним толчком к поискам.
Ольга стала сканировать письма, сопоставлять имена, даты и фотографии, чтобы понять, кто есть кто. Главная сложность: в Греции принято называть детей в честь дедушек и бабушек, поэтому одни и те же имена повторялись в письмах снова и снова. Зацепкой служили только подписи в конце писем: «от твоей сестры», «от мужа сестры», «от племянницы».
Первым делом беларуска попыталась написать по старым адресам на конвертах — составила письмо с помощью нейросети на греческом, разослала четыре конверта обычной почтой. Ответа не последовало.
— Я стала дальше копать. Перевела все имена и фамилии с греческого на латиницу, пыталась искать в Google, в Facebook. Но фамилии оказались слишком распространенными. Это как искать иголку в стоге сена, — вспоминает она.
Следующим шагом стал ДНК-тест от MyHeritage. Благодаря ему нашлась девушка, которая живет в Германии и работает тренером по пилатесу. Ольга написала ей везде, но предполагаемая родственница не ответила.
— Если человек сдает ДНК-тест, то он явно кого-то ищет. Я подумала: может, это именно меня она ищет. Но с ней у меня ничего не срослось абсолютно. ДНК-тест подтвердил греческие корни, но никуда не привел.
Была единственная ниточка — и оборвалась некрологом в газете
Тогда Ольга попросила ChatGPT записать греческими буквами имя дедушкиной племянницы — та, что писала ему чаще всех остальных, — и стала искать по местным греческим сайтам. Так она нашла газету города Салоники — туда семья дедушки переехала из родной деревни незадолго до гражданской войны. В этой газете обнаружился некролог — он был посвящен той самой племяннице.
— Я посмотрела на фотографию (у меня была ее фотография двадцатилетней давности) — и это был один и тот же человек. Я очень расстроилась: это была моя единственная ниточка. У племянницы, в отличие от остальных родственников, было уникальное имя, не повторявшее имена предков. Умерла она летом, ровно за год до того, как я вышла на ее след.
Но в некрологе было указано и имя дочери покойной, которая организовывала прощание. Ольга составила имя дочери с девичьей фамилией матери — шанс, что дочь не сменила фамилию после замужества, был невелик, но она все же нашла в Facebook женщину. Ольга написала ей. Но сообщение попало в раздел «Запросы», который женщина, судя по молчанию, никогда не проверяла.
— Я расстроилась, подумала: может, она просто не хочет со мной знаться. А потом решила: а вдруг она просто не заметила? И начала писать всем, кто комментировал посты и поздравления этой женщины в соцсетях, — пока одна из подруг не откликнулась и не позвонила ей напрямую, чтобы рассказать о сообщении.
Так Ольга наконец нашла живую родственницу, которая, в свою очередь, познакомила ее с другой сестрой, знавшей всю семейную историю в подробностях.
Пропал на семь лет, а потом сказал не ждать
Новая родственница восстановила для Ольги полное семейное древо: у ее дедушки были старший брат и старшая сестра, у каждого — по несколько детей. Она же рассказала, что случилось с дедом. Он был на стороне коммунистов в Гражданской войне в Греции. Когда войска другой стороны — правительственных сил — стали подходить к городу, где дедушка жил, он принял решение поехать в родную деревню. Все его отговаривали: в городе уже стояли блокпосты, и попасть внутрь можно было только по документам, а деревню контролировала противоположная сторона.
— Он поехал к невесте, они должны были вот-вот пожениться. А в деревне женщина, которая была против коммунистов, выкрала у него документы. Без документов вернуться в город дед уже не мог, ему оставалось только уйти с партизанами.
Семья решила, что его убили. На самом деле же его поймали и вместе с другими пленными коммунистами посадили на корабль — сказали, что отправляют в Египет. Вместо этого корабль отправился в Советский Союз, в Узбекистан.
— Дедушке семь лет не давали отправить домой ни одной весточки. Только через семь лет он смог написать первое письмо — что жив и чтобы невесте передали не ждать его больше, — говорит Ольга.
К тому моменту в Узбекистане у него уже была семья и родился сын. Но из-за статуса политического эмигранта без документов он смог законно жениться на бабушке Ольги только в начале 1980-х. До этого супруги боялись, что при смене власти семью разлучат, а детей заберут. Восстановить документы и впервые за десятилетия съездить на родину мужчина смог лишь в 1982 году вместе с женой и старшим сыном. Мама Ольги поехать не смогла: незадолго до этого родилась ее старшая дочь.
Больше в Грецию мужчина не возвращался и остаток жизни провел в Узбекистане.
«Они, оказывается, искали нас все это время»
С найденной в Греции родственницей Ольга решила встретиться этим летом, пока матери обоих женщин живы и здоровы. В этом году племяннице дедушки исполнилось 83 года — встречу решили не откладывать надолго. В срочном порядке оформили греческие визы — и в конце лета вся большая семья, с детьми и внуками, полетела в Салоники, а оттуда несколько часов ехала до городка, где живут родственники.
— Нам показали дом, в котором дедушка родился и жил, — он до сих пор стоит. Показали школу, в которую он ходил, церковь, улицы, по которым он гулял. Это непередаваемый опыт — увидеть своими глазами то, что когда-то видел дед. Он все, что сделал в Греции, перенес в Узбекистан. Климат там похожий — сухой, засушливый, растения почти такие же, только моря нет. Я помню с детства, как дедушка виноград для вина сам топтал, помню этот запах забродившей ягоды. Мы будто зашли в греческий дом — было суперкомфортно, потому что мы выросли среди тех же самых вещей.
Ольга говорит, что при встрече вся семья разрыдалась. Это была теплая и трогательная встреча.
— Они действительно были рады нас увидеть.
В последний вечер перед отъездом 83-летняя родственница призналась, что это был счастливейший день в ее жизни, — она боялась не дожить до этой встречи. В тот же вечер новообретенная сестра Ольги обзвонила почти всех родственников по этой линии семьи — в США, Афинах, на Крите, в Брюсселе.
— Они, оказывается, тоже искали нас все это время. Но когда дедушки не стало, связь оборвалась и все следы потерялись. Я искала золото, а нашла бриллианты.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
