Мурал с изображением женщины с ребенком появился на фасаде жилого дома в польском городе Сьреме. Прототипом для изображения стала гродненка Александра Силкина, которая живет в Киеве. Одним из авторов мурала был ее дядя — художник из Гродно Марк Максимович.
На создание антивоенного мурала «Mój Dom — Мiй Дiм» у Марка и его коллег ушло около месяца. Александра рассказывает, что художник позвонил ей в марте, спустя месяц после начала войны в Украине, и предложил нарисовать ее с ребенком и тем самым показать, что такое война.
— Он рассказал свою идею, что вдохновился увиденной фотографией из интернета, где проходила эвакуация на каком-то из украинских вокзалов. Но из-за авторского права не может его использовать, поэтому просил меня сделать подобное фото, чтобы он мог его нарисовать. Я согласилась. Конечно, сначала немного неудобно было, но в конце концов мы тоже убегали от войны, хоть и не вокзалом.
Над муралом работали три художника, делали все быстро, чтобы успеть до православной Пасхи. Александра с дочкой в черно-белых цветах, по задумке авторов — это тот момент, когда в мире есть только черное и белое, жизнь и смерть.
Честь быть прототипом
Символично, что Марк показал в Польше беларуску бегущей от войны. Это тронуло многих, так как беларусские «власти» поддержали агрессию в Украине.
— Я переехала в Украину, когда мне было 11 лет, и сегодня я в очень смешанных чувствах. Я не чувствую себя беларуской, но и украинкой тоже еще не до конца. У меня есть польские корни, и то, что мурал появился в Польше, — это тоже символично. Для меня честь быть прототипом, потому что все матери, увозившие своих детей, делали это ради их свободы и безопасности. Свобода — одна из моих главных ценностей, поэтому мне радостно стать ее символом таким образом.
Гродно сейчас другой
В мае Александра вернулась с ребенком в Киев, сейчас возвращается к привычной жизни. В столице Украины гродненка занимается предпринимательской деятельностью и ведет блог. Планирует когда-нибудь приехать в Беларусь, чтобы поменять гражданство.
— Сегодня из-за Лукашенко у меня сплошная боль в душе. Солидарность беларусов чувствуется, но не от всех. Чувствую много страха и боли. В Беларусь меня не тянет, не скучаю. Гродно, в котором я росла, и Гродно теперь — это два разных города. Скучаю по родным, за бабушку переживаю, но во всей сложившейся ситуации ехать в Беларусь не хочется совсем. Хотя придется, чтобы отказаться от гражданства. Оставаться гражданкой Беларуси не хочу больше и сильно жалею, что не поменяла гражданство раньше.
