Проверки и допросы на беларусской границе в последние месяцы приобрели масштабный характер. Всё чаще приходят сообщения, что их проходят не только беларусские, но и иностранные граждане. Издание LRT.lt приводит опыт литовца, прошедшего через такую процедуру.
Саулюс (имя изменено) в последние годы часто ездит в Беларусь, поскольку его девушка родом оттуда, и они часто навещали её семью в Беларуси. Однако в один из приездов пересечь границу было достаточно трудно.
«Поставили штамп, но паспорт не отдали»
«Когда ты отдаёшь паспорт на первом КПП, сотрудник проверяет его, ставит печать, отдаёт тебе паспорт, и ты стоишь в очереди на следующий КПП. В этот раз всё было по-другому: поставили штамп в паспорт моей подруги и отдали его ей. Мне поставили штамп, но паспорт не отдали, он остался у них. Сказали ждать», — рассказывает мужчина.
Через 20 минут вошёл молодой офицер в форме, хотя не сказал, кто он.
«Нам нужно поговорить», — сказал он, держа в руках паспорт Саулюса.
Пограничник отвёл литовца в отдельную комнату, где не было других людей.
«Перед тем как войти, он спросил, есть ли у меня с собой телефон. Я сказал, что есть, и показал ему. Они сказали: “Давай телефон”», — рассказывает Саулюс.
Он вспоминает, что до сих пор пытается понять, что это за невидимая проверка и зачем им понадобился телефон. Ему объяснили, что с января действуют более строгие проверки.
Саулюс разблокировал свой телефон и передал его сотруднику в форме.
«”Чем вы пользуетесь, какими социальными сетями?” Я говорю, что в основном Facebook, но у меня есть и другие. Я увидел, что Facebook, конечно, уже открыли на телефоне. Мы сидели друг напротив друга, я не видел, что он делает в моём телефоне. Он проверял мой аккаунт в Facebook и одновременно задавал вопросы», — рассказывает Саулюс.
«Спрашивали, куда мы едем, по какому адресу»
Хотя мужчина признает, что разговаривать с беларусским офицером в форме было неприятно, тон беседы, по его словам, был вежливым. Офицер задал несколько простых вопросов: как его зовут, почему он едет в Беларусь и как долго он здесь пробудет. Также путешественнику было сказано: «Надеюсь, в вашем телефоне не будет ничего антибеларусского».
«Потом стали спрашивать, где живёте, где работаете. Я рассказал о своей специальности, но, видимо, ему это было неинтересно, потому что я простой рабочий. Потом он спросил меня о мнении моих коллег по работе, о людях… В общем, о том, что происходит в последнее время. Он не сказал, что именно, но, думаю, понятно, что он спрашивал про настроения насчёт Украины», — вспоминает он.
Позже офицер спросил, в каком городе живёт Саулюс; о том, что люди в Литве говорят о политике.
«Я отвечал просто, я должен был ответить то, что они хотели услышать. Я ответил, что мне это неинтересно, я ничего не знаю и так далее», — вспоминает литовец.
Весь разговор длился до 15 минут. Саулюс говорит, что старался не показывать страха, так как это привело бы только к новым вопросам. Он убеждён, что офицер работал на КГБ. После этого случая, произошедшего летом, он больше не ездит в Беларусь.
«Они спрашивали, куда мы едем, по какому адресу. Я рассказал, и он мне намекнул, что мы можем заехать, посмотреть, действительно ли вы туда ездили», — говорит Саулюс.
Надеяться на западные стандарты не стоит
LRT.lt нашёл в социальных сетях и другие подобные свидетельства, в которых путешественники рассказывали, что сталкивались с длительными проверками на границе. Некоторые из них упоминали, что когда их телефон оказывался в руках чиновников, на экране появлялся штрих-код. На просьбу прокомментировать подобные инциденты и увиденные путешественниками коды им ответили, что это секретная информация. Однако многие путешественники отмечают, что ни с чем подобным не сталкивались и что их поездки проходят без проблем.
Также издание приводит мнение юрисконсульта штаба лидера белорусской оппозиции Кристины Рихтер. По её словам, в Беларуси процедура пограничного контроля не имеет правовой основы, её просто нет в беларусском законодательстве, поэтому надеяться на западные стандарты не стоит.
