Виктория руководит командой в одной из крупнейших мировых финансовых компаний — BNY, польской «дочке» американского The Bank of New York Mellon. Ее жизнь — это дедлайны и постоянное развитие. Многие полагают, что люди в таких компаниях — только винтики в системе, а к иностранцам там относятся с предубеждением. Но беларуска развенчивает эти мифы. MOST поговорил с ней о том, как прийти в международную корпорацию, сколько можно зарабатывать со старта, какие «плюшки» там дают и чего требуют для карьерного роста.
«Казалось, беларусское образование здесь ничего не стоит»
Виктория переехала в Польшу в 2020 году. В Беларуси она окончила университет по специальности «Финансы и кредит», но, кем сможет работать за границей, не понимала. Поэтому просто искала в интернете вакансии, «где нужен русский язык». Начать готова была с малого.
Так нашлась работа в бухгалтерии компании, которая занималась легализацией иностранцев в Польше. Там беларуска занималась документами, счетами, первичной документацией.
Тогда между Беларусью и Польшей еще действовало соглашение о взаимном признании дипломов, поэтому подтверждать образование не пришлось. Правда, у девушки были сомнения другого рода.
— Мне казалось, что беларусское образование здесь ничего не стоит. Поэтому я решила, что нужно начать все сначала. Поступила в польский университет на направление «польско-английский перевод». Это был не столько план сменить профессию, сколько способ адаптироваться и закрепиться. Плюс выпускникам польских вузов проще с документами и ВНЖ, — рассказывает Виктория.
Со временем стало ясно: ее все равно тянет не к языкам, а к цифрам. Параллельно с основной учебой она окончила курсы бухгалтерского учета, а позже магистратуру по специальности «бухгалтерский учет».
Вторым местом работы стала фирма, занимавшаяся импортом металлопроката из Беларуси. Туда Викторию взяли помощницей бухгалтера. Но вскоре началась война в Украине, против Беларуси ввели санкции, и бизнес закрылся. Виктория говорит, что осталась у разбитого корыта. Но к тому моменту у нее уже был опыт работы, понимание польской налоговой системы и польского рынка, к тому же она достаточно овладела польским.
Собеседование: без тестов, но по делу
Теперь Виктория не искала «любую работу», а собиралась стоить карьеру всерьез. Составила резюме, стала развивать профиль в соцсети LinkedIn и писать рекрутерам. Спустя некоторое время представительница BNY — компании, которая находится во Вроцлаве, — сама написала ей и пригласила на собеседование.
Девушка признается: у нее были сомнения. Давали о себе знать стереотипы: «в корпорации ты винтик», «там нет влияния на процессы», «там холодная среда и бесконечная рутина», «иностранцев не продвигают». И все же она решила рискнуть — и теперь говорит, что ни один из ее страхов впоследствии не подтвердился.
Виктория слышала истории про многоступенчатые отборы, стресс-интервью и тесты на IQ, но все это оказалось не про ее компанию. Весь процесс найма занял меньше месяца: короткий телефонный разговор с рекрутеркой и онлайн-собеседования с двумя менеджерами.
На собеседовании проверяли знание базовых бухгалтерских проводок, спрашивали о разнице между акциями и облигациями, что такое инвестиционные фонды и зачем нужна отчетность. Знание программы Excel требовалось на рабочем уровне, кроме того, задавали вопросы на «софт-скиллы» — поведенческие и коммуникационные навыки. Польский язык оказался необязателен: в корпорации рабочий язык — английский, он требовался на уровне B2. Но польский помогает в налаживании связей и отношений с коллегами.
— На собеседовании я честно сказала, что у меня нет специфического опыта в инвестиционных фондах, но я умею обучаться и показывать результат. Думаю, это и решило все — они увидели мотивацию. А навыки — дело времени, — рассказывает Виктория.
В июне 2023 года она получила предложение от BNY и приступила к работе в отделе, который занимается бухгалтерией инвестиционных фондов — это направление напрямую связано с глобальными финансовыми рынками.
— Когда я получила оффер, я реально почувствовала, что вырвалась из клетки. Будто все, что я делала до этого, наконец-то имело смысл. Я понимала, что начинаю новую главу, — говорит девушка.
«Никто не ждет, что ты все знаешь сразу»
Виктория признается, что ожидала рабочей рутины, но оказалось, что работа с инвестиционными фондами требует анализа каждой новой ситуации, взаимодействия с американскими и европейскими командами.
Работа организована таким образом, что нужно выдерживать строгие дедлайны. График Виктории — это месячные и квартальные закрытия, подготовка отчетов, проверка операций, расчет стоимости активов фонда. Внутри команды задачи распределяются по уровню сложности: новички занимаются базовой отчетностью и проводками, более опытные сотрудники — анализом расхождений, работой с клиентами и техническими улучшениями процессов.
— Ключевое отличие корпоративной бухгалтерии — это масштаб. Ошибка здесь стоит дорого, потому что речь идет об инвестициях и международных клиентах. Но при этом ты всегда можешь попросить помощи — культура здесь поддерживающая, никто не ждет, что ты все знаешь сразу, — рассказывает девушка.
Два повышения за год
С самого начала Виктория участвовала в нескольких внутренних проектах. Она оптимизировала отчетность, а один из ее проектов — по автоматизации внутренних процессов — значительно сократил время обработки отчетов. После этого ее впервые пригласили обсудить повышение. А всего за год ее повышали дважды — и в итоге она стала тимлидом — руководителем команды.
Сегодня Виктория управляет группой из шести человек: отвечает за распределение задач, соблюдение дедлайнов, качество отчетности и коммуникацию с клиентами. Но, по ее словам, роль тимлида предполагает скорее не контроль, а поддержку.
— В Беларуси руководитель — это обычно человек, которого боятся. В корпорации это работает иначе. Тимлид — не надсмотрщик, а человек, который снимает блоки, помогает и развивает команду. Если честно, эта культура мне ближе, — говорит Виктория.
Сколько можно заработать и почему сотрудники держатся за корпорацию
По словам Виктории, зарплата новичка в международной корпорации — от 6 до 8 тыс. злотых брутто. Если хорошо пройти собеседование, стартовать можно с верхней планки. На более высоких позициях с опытом работы три-пять лет зарплата может доходить до 11–13 тыс. брутто плюс премии.
Дополнительно сотрудники получают частную медицинскую страховку с максимальным пакетом услуг, спортивный абонемент Multisport и возможности для профессионального роста. Виктория, например, сейчас проходит международную сертификацию ICC (Investment Compliance Certificate) стоимостью около 1000 долларов, которую полностью финансирует работодатель.
У всех сотрудников трудовые договоры, которые предусматривают отпуск и больничные.
— В корпорациях честные правила игры. Если работаешь — растешь. Нравится стабильность — пожалуйста. Все зависит от тебя, а не от начальника или настроения бухгалтерии, как бывает в маленьких польских фирмах. Я видела людей, которые годами сидят на одном месте — не потому что их не берут выше, а потому что им так удобно. Я выбрала другое. Мне интересно расти, и я показываю это конкретными действиями: беру инициативу, не боюсь предлагать идеи, беру ответственность на себя. Это замечают, и это то, что мне безумно нравится здесь, — рассказывает Виктория.
«Ошибки — нормальная часть работы»
Виктория вспоминает, что, когда только принимала предложение о работе, читала в чатах, что в крупных корпорациях нет свободы, а иностранцев «держат на низких позициях».
— На практике оказалось наоборот. Отношение очень человеческое. Никто не давит, не кричит, не заставляет оставаться после работы, — говорит Виктория. — Есть дедлайны, есть ответственность, но есть и уважение к людям.
Виктория говорит, что в Беларуси сталкивалась с «токсичным менеджментом» и «любимчиками начальника». Но на новой работе в Польше фаворитизма нет.
— Если ты ошибаешься, никто не унижает. Ошибки — нормальная часть работы, их исправляют, а не ищут виноватого. И это принципиальная разница с моим опытом в Беларуси, — делится девушка.
В Беларуси, по ее наблюдениям, сотрудники больше заняты собой, чем тем, чтобы помогать коллегам расти. А во Вроцлаве именно поддерживающая среда помогла ей быстро расти.
— В Беларуси у меня был опыт, когда коллеги сидели и ждали, когда ты ошибешься, чтобы показать, что они лучше. Как будто все готовы загрызть друг друга. Здесь же совсем другая логика: если кто-то не знает — объяснят, подскажут, помогут закрыть задачу. Это сильно меняет отношение к работе и к себе.
«Некоторые беларусы сами себя закапывают заранее»
Команда Виктории работает не только с польским офисом, но и с коллегами из Ирландии, Индии, США. И независимо от региона, по ее словам, культура общения — простая и уважительная, без сложных иерархий.
— Самое сложное — это не культурные различия, а часовые пояса. Нью-Йорк просыпается, когда у нас уже день. Иногда тебе нужно что-то согласовать, а нужные люди еще спят. Но это не проблема, просто нюанс, к которому привыкаешь. Еще, как в любой крупной компании, здесь есть бюрократия. Иногда нужно долго ждать решений и согласований. Но это цена масштаба, — рассказывает Виктория.
Девушка говорит, что ни разу не сталкивалась с предвзятостью из-за того, что она из Беларуси. Хотя о таких страхах иммигрантов знает.
— Мне часто говорят: «Беларусам сложнее, нас не берут, нас не продвигают». Я с этим не согласна. Чаще всего люди сами себя дискриминируют, — говорит Виктория. — Они думают, что им чего-то не хватает. Они не подают [резюме] на вакансии, не идут на собеседования, не верят, что смогут. И это становится самореализующимся сценарием. На самом деле никто не сидит и не думает: «О, она из Беларуси, значит хуже». Никому это вообще не важно. Важно, что ты умеешь и какой ты человек в работе. Иногда мне кажется, что некоторые беларусы сами себя закапывают заранее, — объясняет Виктория.
«Можно прийти к менеджеру и сказать: “Давай делать по-другому”»
Работа в международной среде изменила Викторию. Она говорит, что стала увереннее и не боится проявлять инициативу.
— Раньше у меня, как у многих беларусов, был страх перед начальством: не спорить, не говорить напрямую, не предлагать. А здесь это не просто можно — это часть культуры. Если что-то не работает, ты обязан сказать. Иначе не будет результата, — говорит девушка. — Мне нравится, что здесь можно прийти к менеджеру и сказать: «Давай делать по-другому, так будет лучше». И тебя не воспринимают как проблемного человека. Наоборот — как человека, который думает, — добавляет Виктория.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
