За год польские таможенники предотвратили незаконный вывоз в Беларусь, Россию и Украину более 150 автомобилей. Часто это машины, угнанные в странах Евросоюза, которым перебивают VIN-номера и меняют документы. Но контролирующие службы выявляют далеко не всё. Игнат (имя изменено) — один из тех, кто хорошо знает, как работает эта схема. Он покупал автомобили с измененным номером и провозил их через границу. На условиях анонимности он согласился рассказать MOST, как оформляют документы и как санкции против России и Беларуси повысили привлекательность «серых» схем.
Распространенная схема переправки машины называется «под документы». Под конкретную модель, указанную заказчиком, исполнители ищут автомобиль. Не обязательно угоняют — могут и купить.
— Есть машина в Беларуси или России — разбитая, полусгоревшая. От нее остаются документы (техпаспорт и зачастую номера). Дальше покупается такая же машина в Америке или Европе, — объясняет Игнат.
Чтобы автомобиль смог покинуть территорию ЕС, его VIN — уникальный 17-значный номер, присваиваемый автомобилю на производстве, — меняют на тот, что указан в старых документах. По словам Игната, при покупке автомобиля в Европе в девяти случаях из десяти номер кузова никто не сверяет внимательно — особенно если речь идет о подержанной машине.
За руль обычно садится гражданин ЕС. Это позволяет оформить временный ввоз и избежать растаможки машины на иностранных номерах при ее транспортировке в Беларусь.
Прокололся уже в Беларуси
Один из таких автомобилей, купленных Игнатом, без проблем доехал до Беларуси. Растаможка проходила ночью, в плохую погоду, осмотр был беглым. Но при постановке на учет уже внутри страны у инспектора возникли сомнения.
— Отправили на экспертизу. Вытравливали номер и нашли, что в кузов была вварена планка с VIN от другого авто. Настоящий номер так и не нашли, — говорит Игнат.
Машину признали неидентифицируемой. Итог — три года запрета регистрационных действий.
«Я был уверен на 99 процентов»
Однажды Игнат купил автомобиль, который с самого начала казался ему подозрительным.
— Я не был уверен на сто процентов, что он ворованный, но на 99 — да. Цена была слишком хорошей. Документы и ключи привезли двое неизвестных на такси, за деньгами приехал уже другой человек, — вспоминает Игнат.
Он обратился в полицию, чтобы проверить машину по базам. В угоне она не числилась. Игнат получил транзитные номера на себя и спокойно вывез ее в Беларусь. Но через полгода при очередном пересечении границы его задержали для допроса.
Оказалось, что автомобиль был украден. По его словам, его тогда спасло то, что у него были официальные транзитные номера и оригинальный техпаспорт. Теперь этот автомобиль ездит где-то в Екатеринбурге.
— После того допроса на границе я понял, что больше не хочу иметь с этим дело, — говорит он.
«Владельцы заявляют об угоне уже после того, как авто покинуло ЕС»
Игнат говорит, что в Европе и Беларуси действуют целые группы, которые занимаются этим нелегальным бизнесом.
— Дорогие машины [сразу] отправляют в Беларусь и Россию, а владельцы заявляют об угоне уже после того, как авто покинуло ЕС. Так много машин уехало на Кавказ. В итоге в зоне риска оказываются не только участники схем, но и обычные покупатели, которые могут даже не подозревать о прошлом автомобиля, — добавляет он.
Чем старше, тем проще
Распознать угнанный возрастной автомобиль сложнее. Игнат объясняет, что в машинах старше 15 лет часто нет дополнительных наклеек и дублирующих обозначений VIN.
— В старых авто номер кузова отследить очень сложно: обычно он нанесен лишь в одном месте. В более новых машинах VIN чаще дублируется, в том числе через дополнительные маркировки, но тоже не всегда, — говорит собеседник.
Когда речь идет о совсем старых автомобилях, номер кузова со временем может быть поврежден коррозией, следами ремонта или сварки после ДТП. В таких случаях VIN читается хуже или частично утрачивается, поэтому вмешательство выглядит правдоподобно — как естественное последствие износа, а не как попытка подмены.
Не все автомобили с перебитыми VIN-номерами краденые. Иногда автомобиль покупают в Европе, но меняют номер, чтобы сэкономить на растаможке.
— Однажды у человека сгнил старый Volkswagen T4. Мы поехали с ним в Европу и купили такой же. В новом автомобиле место с номером кузова специально залили кислотой, чтобы VIN стало невозможно корректно считать и идентифицировать, после чего под документы от старого автомобиля, с использованием старых номерных знаков в Беларусь ввезли другой, такой же автомобиль без растаможки и лишних движений, — рассказывает мужчина.
Игнат подчеркивает: при официальной растаможке VIN проверяют тщательно. А вот при обычном пересечении границы — редко.
Санкции как катализатор
Санкции против России и Беларуси, которые исключили легальные поставки ряда моделей, усилили спрос на «серые» схемы.
— Либо через Грузию [эти модели можно вывезти], либо вот так. Схема выходит дешевле — если, конечно, машину не отнимут, — говорит Игнат.
Он не утверждает, что описанные схемы — массовая практика сегодня, но все же они сохраняются.
— Эти схемы продолжают работать не потому, что их не замечают, а потому что не всегда проверяют достаточно внимательно, — полагает мужчина.
Вы можете обсудить этот материал в нашем Telegram-канале. Если вы не в Беларуси, переходите и подписывайтесь.
