Михаил Мишук знает, что в Варшаве за свое увлечение может получить штраф. Но продолжает клеить нарисованных водолазов на стены зданий, колонны и мосты. «Уличное искусство подразумевает свободу», — объясняет он. Недавно он освоил пространство Вислы. Откуда взялась идея вписать в городскую среду водолазов и как на них реагируют, Михаил рассказал проекту MOST «Беларусы могут».
Водолаз появился в творчестве Михаила в 2013 году. Он вспоминает, что тогда переживал сложный период: оканчивал Академию искусств и не знал, где себя применить и чем заниматься дальше. Именно тогда он стал рисовать дома водолазов, а затем расклеивать их по Минску.
— В тот момент водолаз — это был я, его костюм — это был защитный футляр, в котором я прятался от окружающего мира, — говорит беларус.
«Минск — рафинированное пространство»
Михаил признается, что начинал заниматься стрит-артом, потому что хотел разнообразить городскую среду, раскрасить окружающий мир и сделать его более приемлемым для себя.
— Минск — рафинированное пространство. Он иногда напоминал хирургию. [Пространство] вычищенное, выхоленное, — вспоминает он.
Переехав в Варшаву, беларус перенес образ водолазов и в польскую столицу. Здесь он выполнил около 500 работ, из которых в разном состоянии сейчас можно найти не менее 300. Дело в том, что век водолаза недолог. Бумага изнашивается, работы закрашивают другие граффитисты, срывают местные жители или коммунальщики.
Водолазы-франкенштейны
Но Михаил своих водолазов реставрирует. Кому-то дает новую руку, кому-то — голову. Таких водолазов, состоящих из частей, он называет франкенштейнами.
— Они символизируют нашу жизнь: мы порой собираем нашу действительность из осколков, — отмечает художник.
Михаил создает дома сразу много работ — 10, 20 или даже 30, — а затем расклеивает их в городе. Большинство работ стандартного размера — примерно 90 на 45 сантиметров.
Художник клеит их средь бела дня. Говорит, когда людей много, проблем не возникает. А вот чем меньше людей на улицах, тем больше он привлекает к себе внимание.
Русалки в Висле
В Варшаве к водолазам присоединились русалки. Беларус объясняет, что в какой-то момент ему показалось, что водолаз — инородный персонаж в Варшаве. Местные жители не понимали, почему он появляется там. И тогда художник решил дополнить рисунки узнаваемым варшавянами символом.
Теперь он осваивает не только городские конструкции, но и берег Вислы. Чтобы создать арт-объект на воде, сначала вкручивает в берег сваи, а затем устанавливает на них саму работу.
«Так поляки справляются с постсовком»
Михаил знает, что по закону его творчество квалифицируется как хулиганство и за него может грозить штраф. Он говорит, что власти стали выделять художникам больше мест для легального самовыражения, но с работами в других местах активнее борются. Почему Михаил тем не менее расклеивает по городу своих героев? Говорит, принцип уличного искусства подразумевает свободу.
Он против уничтожения работ. Считает, что граффити стоило бы законсервировать.
— Так поляки справляются с постсовком. Они от этого избавляются, оскорбляя величественную архитектуру, которая вынуждена была подавлять и показывать мощь империи. Когда на этом есть граффити, это очень символично выглядит, — считает Михаил.
В скором времени он планирует переехать в Германию. Его девушка поступила в докторантуру и будет учиться в Гисене. Там художник хочет создать официальный и «более постоянный» объект. Но о варшавских водолазах Михаил обещает не забывать и приезжать в Польшу реставрировать своих франкенштейнов.
Полностью историю Михаила смотрите в новом выпуске проекта «Беларусы могут».
